На информационном ресурсе применяются рекомендательные технологии (информационные технологии предоставления информации на основе сбора, систематизации и анализа сведений, относящихся к предпочтениям пользователей сети "Интернет", находящихся на территории Российской Федерации)

Мы из Советского Союза

13 956 подписчиков

Свежие комментарии

  • Одиссей
    согласен. но тогда автору придется совсем уж глубоко лезть и другой этноним озвучивать. А хватит ли пороху?Казаки. Начало ис...
  • ВераВерная
    Реставрационные работы планировали начать в 2023 году. Так и не начали?Легендарный дворе...
  • Руслан Нурпеисов
    Начало истории как-то не внятно проглядывается.... как бы ррраз и из ниоткуда... по сути, повествование уже сложившей...Казаки. Начало ис...

Истинное лицо советской оккупации

Жила-была девочка РасаЖила-была девочка Раса. В советской Литве.

Летом 83-го года с ней произошло несчастье: ее отец-тракторист работал в поле, и случайно косилкой ей отрезало ступни обеих ножек. Расе было 3 года. На дворе скоро ночь. В деревне нет телефона. Девочке оставалось только умереть от потери крови и болевого шока.

Через 12 часов дочка тракториста из колхоза «Вадактай» лежала на холодном операционном столе в столице СССР.

Для Ту-134, по тревоге поднятому той пятничной ночью в Литве, «расчистили» воздушный коридор до самой Москвы. Диспетчеры знали — в пустом салоне летит маленький пассажир. Первое звено «эстафеты добра», как написали литовские газеты, а вслед за ними и все остальные. Ножки, обложенные мороженой рыбой, летят на соседнем сиденье. В иллюминаторах — московский рассвет, на взлётном поле — с включённым двигателем столичная «скорая». А в приёмном покое детской больницы молодой хирург Аюб Мурхаев — вызвали прямо из дома, с постели — ждёт срочный рейс из Литвы. Доктор, в свое время окончивший Киевский медицинский институт, то и дело вскидывается навстречу каждой машине с красным крестом.

— Начальство не давало добро: никто не делал ещё таких операций, — вспоминает Мурхаев. — Я пошел на свой страх и риск. Если бы что-то пошло не так, то мне не сносить головы. Но тогда я об этом не думал. Вынесли на носилках — крошечное тельце, сливающееся с простынёй. Кричу: ноги где? Ноги были в пакете с мороженой рыбой.

Аюб Шамилевич говорит:

— Оперировал на одном дыхании. Сшивал сосудик с сосудом, артерию с артерией, нервы, мышцы, сухожилия.
Через 5 часов после начала операции выдохлись его помощники: операционная сестра Гульнара Зибулхаева («у неё экзамены, сессия»), ассистент доктор Конерук («он у вас сейчас человек известный»). С хирургом остался только анестезиолог Андрей Вагарнин. Аюб Шамилевич шил один: ещё сухожилие, ещё один нерв… Все такое маленькое, хрупкое, одно неверное движение, чуть дрогнет рука – и все насмарку. «Это как по натянутой проволоке идти. Но там упадешь – и все для тебя кончится, а тут тебе с этим жить» - вспоминает доктор Мурхаев

Через 10 часов, когда были наложены последние швы, маленькие пяточки в ладонях доктора потеплели… Пропасть была позади.

За маленькую Расу переживала вся страна от Калининграда до Курильских островов.

Это была не дочь председателя райкома или партийного функционера, а единственный ребенок простого сельского тракториста.

Это было лицо советской оккупации.

Картина дня

наверх