Мы из Советского Союза

13 749 подписчиков

Свежие комментарии

  • Валентин Щербаков
    Да у всех этих отщепенцев: макаревичей, пугалкиных, шевцовых, гребенщиковых, чичваркиныхи т.д. организм поражен изощр...Макаревич продолж...
  • Алексей Сафронов
    Было бы куда правильнее называть макаревича не "светло-ликим", а муда-ликим... Впрочем и всех Пугалкиных и испуганных...Макаревич продолж...
  • Людмила Редько
    Столицы склонны к фронде. Спроси их почему - внятного ответа нет. По моему мнению - просто зажралисьМакаревич продолж...

Явление старухи с большим ножом

Явление старухи с большим ножом

Станица Егорлыкская (современное фото)

 Явление старухи с большим ножом

         Это происшествие случилось, когда мы с родителями переехали  на проживание из Ростова в станицу Егорлыкскую. К бабушке Евдокии Сергеевне . Её муж Фёдор Никифорович погиб ещё в сентябре 1941 года. Бабушка давно жила одна. И очень была рада нашему переезду.

Явление старухи с большим ножом

Моему отцу, Виталию Герасимовичу, лётчику прошедшей войны, много раз раненному и сильно контуженному,  врачи  рекомендовали  проживание в сельской местности. Подальше от городского шума и раздражающей суеты. Мне было шесть лет. И я с интересом и восторгом знакомился с бабушкиным небольшим, но уютным домом. И знакомился со всем, что было рядом с ним. А рядом с бабушкиным домом,  справа, слева и напротив находились другие дома. Такие же и побольше, все с цветниками и фруктовыми деревьями во дворе и садами.  Бабушкин сад вызвал у меня особый интерес и восторг. Перед фасадом дома выходившем на улицу росли два больших выше крыши дома дерева шелковицы. Одно дерево с белыми, немного желтоватыми медово сладкими ягодами. Другое дерево шелковицы с ягодами чёрного цвета тоже необыкновенно сладкими, но с приятной кислинкой. А в саду… Чего только не было в бабушкином саду !

На большом развесистом дереве сохранилась уже перезревшая тёмно красная черешня. Очень сочная и сладкая. Бабушка к приезду внука сберегла.

Явление старухи с большим ножом

Семь деревьев с многочисленными янтарно жёлтыми ароматными абрикосами. Пять низкорослых деревьев усеянных мелкой сладко-кислой вишней «мичуринкой», оторваться от которой было невозможно. Яблоки «белый налив» и краснобокие яблоки. А груши, груши просто таяли в руке оставляя свою сладкую мякоть и кожуру! Сливы синие и белые большие, мягкие и сочные. Несколько рядов виноградника созревавших сортов «Изабелла», «Дамский пальчик». «Ароматный»,  белый, просвечивающийся  видимо необычайно  сладкий виноград. Всё это было доступно и совершенно бесплатно. И не надо было уговаривать маму купить что-то, как на ростовском базаре. Выбирая уже по просьбе мамы «что-то одно».

В один из первых дней моего знакомства с бабушкиным домом и её садовыми угодьями  и произошло происшествие.  Дни в  конце июля выдались особенно жаркими. В середине дня невозможно было наступить  босой ногой на  горячую землю. И находится на улице не спрятавшись в тень, а лучше всего в дом,  тоже было невозможно. С утра, когда белое нестерпимо нагревающее всё вокруг нас солнце не добралось ещё до зенита, в бабушкином доме и в домах у соседей плотно закрывали ставни на окнах. Чтобы не пустить жаркие лучи солнца в дом и сохранить прохладу. Бабушка ещё с утра ушла к родственникам на другой край станицы, мама тогда же отправилась по своим учительским делам в школу. А отец ушёл на работу в редакцию местной районной газеты. Меня оставили в доме и строго настрого наказали, чтобы я на улицу не выходил и не бегал по улице вместе с мальчишками по улице с лозинкой за летними бабочками. И ещё предупредили: если я буду бегать, панамка с моей головы обязательно упадёт, и с непривычки со мною солнечный удар случится. Я разомлел на улице от душной жары и сразу улёгся на кровать в прохладной тёмной комнате у стены,  напротив входной двери. И сразу задремал.

Вдруг сквозь дрёму я отчётливо услышал, что кто-то громко скребётся во входную дверь и пытается её открыть. Я встревожился, проснулся и стал ждать, что же будет дальше? А дальше произошло следующее: входная дверь отворилась. И в проёме открытой двери в солнечном свете отчётливо показалась фигура какой-то незнакомой старухи. В её левой руке был большой длинный нож. Переступив высокий порог у входной двери старуха с большим ножом вошла в дом и закрыла за собой дверь. Старуха полушёпотом, который показался мне зловещим, сердито прошептала:

— Слава Богу – добралась!

Сквозь маленькие, очень-очень узкие щели в ставнях в комнату всё же немного проникал солнечный свет, что создавало полумрак. Старуха стала всматриваться в предметы в полутёмной  комнате. Где на кровати, вжавшись от страха в подушку и одеяло, лежал я. Вчера перед сном бабушка читала мне страшные сказки о приключениях непослушных детей. Все эти сказки были со счастливым концом. Этих непослушных детей кто-нибудь да спасал. А я вот послушный, на улицу из дома играть и бегать с соседскими мальчиками на улицу не пошёл. И что же? Вместо подарка за это я оказался один-одинёшенек в тёмной комнате. Куда вошла  незнакомая старуха с большим длинным ножом!

А старуха между тем осмотревшись и привыкнув к темноте стала медленно приближаться к кровати, на которой лежал я. В этот момент, впервые в детстве, мне стало известно, как от страха, да что там от страха – от ужаса, может сильно и часто стучать моё сердце! Казалось, ещё немного, и оно выпрыгнет наружу! Старуха остановилась у кровати и стала рассматривать меня в темноте. Переложила зачем-то свой большой длинный нож с какой-то бумажкой из правой руки в левую и прошептала всё также, как мне казалось, зловещим полушёпотом:

— Спит касатик… Ничего не чует!

Я готов уже был вскочить, вырваться из жёстких объятий страха и оцепенения, изловчившись избежать страшных рук старухи с ножом и выбежать, выскочить на улицу. Одна мысль меня занимала: выбежать во двор, а потом на улицу.  И кричать, кричать, чтобы меня спасли от этой страшной незнакомой старухи с ножом. Но в этот момент старуха сама сделала шаг в сторону и отошла от моей кровати. Она подошла к большому письменному столу, что стоял между подоконниками двух окон, пошуршала бумажкой, что была в её левой руке. Зачем-то положила эту бумажку на стол. И открыла две стеклянных дверцы большого обеденного шкафа. Что-то оттуда достала. Что именно она из шкафа достала, я не видел. Я крепко зажмурил от страха глаза. Старуха стала резать то, что достала из шкафа. Одну часть того, что отрезала, завернула в какую-то тряпицу. Оставшуюся часть положила обратно в обеденный шкаф. Закрыла дверцы шкафа, открыла входную дверь и вышла из дома.

Не знаю сколько ещё я пролежал в темноте на кровати. Страх и охвативший меня ужас от встречи со старухой с ножом в руках очень медленно покидали меня. Но наконец-то я набрался смелости, встал с кровати, подошёл к выключателю и зажёг в комнате электрический свет. Затем быстро подошёл к письменному столу. И увидел на нём развернутую бумажку – полистка из школьной тетради. Настороженно и с любопытством прочёл то, что было написано на этой бумажке карандашом:

— Сергевна, тебя не застала. Ты хлеба много испекла. А у меня хлеб весь съели. Полбулки у тебя заняла. Завтра испеку и возверну.

Прошло очень много лет. Но в моей памяти иногда вдруг да появится утопающая в садах улица станицы, бабушкин уютный маленький дом, где я вырос. И становится светло, солнечно и радостно на душе.  Вспомнятся соседи, простые, искренние и открыто живущие честные люди-трудяги. Они никогда не закрывали свои дома на замки. И к ним всегда можно было прийти за хлебом, солью, добрым советом. Поделиться радостью, отметить вместе праздники, а случись беда, прийти за помощью и сочувствием

© Copyright: Александр Фурс, 2021

Сайт, стихи.ру: https://stihi.ru/

Александр Фурс , Вице-президент Фонда поддержки проекта " Дань памяти" имени Мусы Джалиля,
Член правления Международной общественной организации
Общество «Россия – Германия»,
ветеран Группы войск в Германии (ГСВГ-ЗГВ),
историк, член Союза писателей России,
генерал-майор в отставке.

Ссылка на первоисточник

Картина дня

наверх