Санинструктор Валерия Гнаровская, навеки — девятнадцатилетняя

По статистике, в годы Великой Отечественной войны примерно 800 тысяч женщин – снайперов, связисток, летчиц, танкистов, пулеметчиц, медсестер, разведчиц – с честью выполнили свой долг. Около 150 тысяч женщин, воевавших в Красной армии, были награждены орденами и медалями, более 90 из них стали героями Советского Союза.

«До сих пор не совсем понимаю,
Как же я, и худа, и мала,
Сквозь пожары к победному Маю
В кирзачах стопудовых дошла…»

Юлия Друнина

К несчастью, другими «обычными вехами» после ухода на фронт, боёв, ранений, отличий за храбрость был не «победный Май», а гибель на поле боя.

Валерия Осиповна Гнаровская ушла в бессмертие в девятнадцать лет, отдав жизнь ради спасения раненых бойцов.
…Её детство прошло в деревне Модолицы и Подпорожском районе Ленинградской области. Отец, Осип Осипович, работал начальником на почте (к слову, он был участником Первой мировой войны), мать вела домашнее хозяйство.

Перед самой войной девушка успешно окончила школу. В том же июне осталось прошлое – юность, окрылённая мечтами учиться в горном институте, стать геологом…

Отца призвали на фронт. Валерия устроилась работать на почту. Но уже в сентябре 1941-го семью эвакуировали из фронтового района в Омскую область. Связь с отцом была утеряна.

В эвакуации Валерия стала работать телефонисткой в отделении связи, надеялась освоить нужную профессию. Как и многие её ровесницы, девушка рвалась на фронт, не раз обращалась в военкомат с просьбой отправить в часть, но получала отказы.

В конце концов, вместе с другими комсомолками её зачислили в формировавшуюся дивизию. Здесь Валерия прошла курсы медсестёр и надела солдатскую шинель, став одной из множества отчаянных девчонок с санитарной сумкой через плечо…

В июле 1942-го дивизию направили на Сталинградский фронт. Увидев хрупкую девушку-санинструктора, больше похожую на подростка, командир батальона был в сомнениях: сможет ли она выносить с поля боя раненых бойцов? Предложил перейти в полевой медпункт. Но Валерия Гнаровская стояла на своем.
Николай бут. Боевые подруги.
Она осталась в батальоне, и только в письмах к матери признавалась, как ей было тяжело, как поначалу она не могла видеть открытые раны, как с огромным трудом ей приходилось вытаскивать на плащ-палатке тяжелораненых… Она спасала боевых товарищей, забывая об опасности, рискуя собой, оказывая первую помощь под грохот снарядов.

Не плачь! — Всё тот же поздный зной
Висит над желтыми степями.
Все так же беженцы толпой
Бредут; и дети за плечами...

Иди, сочувствием своим
У них не вымогая взгляда.
Иди туда, навстречу им -
Вот все, что от тебя им надо.

Кажется, эти строчки, написанные в те дни фронтовым корреспондентом Константином Симоновым, обращены к маленькой запыленной санитарке, вместе со своей дивизией проделавшей изнурительный 150-км марш, прежде чем вступить в бой.
Подразделение Красной армии на привале после марша, Сталинградский фронт, 1942 г. (так атрибутировано). На фотографии — девушка-санинструктор:

Наша героиня впервые оказалась под огнем 26 июля 1942 г. в районе станции Суровикино, когда войска 24-го танкового корпуса ( XXIV. Panzerkorps) Вермахта при поддержке с воздуха прорвали правый фланг наспех подготовленной обороны 229-й дивизии и вышли к реке Чир.

Первый бой 18-летней Валерии был наполнен хаосом и страхом поражения, беспорядочным отступлением и неизбежным паническим: «Все пропало!» Однако даже в этой, мягко говоря, не располагающей к оптимизму обстановке молоденькая санитарка внезапно продемонстрировала характер.

Вспоминает ее боевая подруга Екатерина Доронина:
«Мы так растерялись, что боялись выйти из укрытия на поле боя. Удары артиллерийских снарядов, взрывы бомб — всё смешалось в сплошной грохот. Казалось, рушится все на земле, и рушится земля под ногами.
Как сейчас помню: в эту минуту из окопа выбежала Валерия и крикнула: «Товарищи! Смотрите, мне же не страшно! Пошли! За Родину!» — И следом за ней весь наш младший медперсонал покинул окопы, рванулся на поле боя помогать раненым».
Именно с этим неизменным: «Мне не страшно!» Валерия Гнаровская прошла свой доблестный боевой путь до конца…
В своем первой бою, если верить официальной биографии нашей героини, она вынесла из-под огня до десяти раненых.
Драматичная картина хрупкой медсестрички, на своих слабых плечах волокущей в медсанбат здоровенного раненого красноармейца — один из самых популярных в общественном сознании образов Великой Отечественной.
Этот образ и верен и неверен одновременно, как большинство расхожих военных легенд.
Начнем с того, что попытка самостоятельно допереть раненого «всю дорогу» до медицинского полевого пункта выключила бы военного медика из работы непосредственно на поле сражения, где ждали неотложной помощи другие. А во-вторых, если только раненый не субтильного сложения, а санитарка не занималась «на гражданке» тяжелой атлетикой, для большинства девушек-медиков неблизкий переход с грузом в 70-80-90 кг. (в среднем столько весит крепкий взрослый мужчина, плюс снаряжение и личное оружие) на плечах грозил бы закончиться примерно вот так:

Задачей полевых медиков (cанинструкторов или другого штатного младшего медперсонала), сопровождавших подразделение в бою, являлись в первую очередь поиск раненых бойцов и оказание им первой медицинской помощи, которая позволила бы продержаться до того, как ими смогут заняться врачи. И если это происходило под огнем, то санинструктор должен был помочь раненому добраться до ближайшего укрытия. Так что вытаскивать изувеченных красноармейцев волоком, на плащ-палатках, на плечах отважным женщинам с санитарными сумками приходилось постоянно — но в основном на короткие «тактические» дистанции.
На этом фото санинструктор только что укрыла раненого красноармейца в окопе:

Затем полевой медик был обязан при первой возможности организовать (а не лично осуществить!) следующий этап — эвакуацию. Для доставки раненого личного состава на перевязочные пункты в каждой части должны были назначаться команды боевых санитаров с носилками (другое дело, при хронической нехватке штыков командиры этой обязанностью часто манкировали).
Боевые санитары с носилками. Сопровождающая раненого девушка медик одета в брюки, которые многие женщины-военнослужащие предпочитали носить в полевых условиях вместо форменных юбок, и коротко стрижена (из соображений удобства):

Раненого в конкретных условиях могли отнести ближайшие к нему товарищи по подразделению (документы Особых отделов свидетельствуют, что порой это принимало форму скрытого уклонения от участия в бою) или отправить со специальным медицинским или попутным транспортом – автомобильным, гужевым. В зимнее время для этих целей на ряде участков фронта применялись даже сани-волокуши, запряженные обученными самостоятельно находить дорогу в медсанбат смышлеными псами.
Женщина-медик оказывает помощь раненому, погруженного на волокушу с собачьей упряжкой:
Именно организованную эвакуацию в большинстве случаев следует иметь в виду, когда речь идет об учете вынесенных с поля боя санинструкторами раненых, и не забывать при этом об их малоизвестных, но не менее доблестных помощниках — боевых санитарах.
Хотя в непредвиденных условиях войны бывали и эпизоды, когда женщина-медик спасала раненого, пронеся его на себе многие километры — но это уже представляло собою чрезвычайную ситуацию, а, проще говоря — подвиг!
Однако вернемся к боевому дебюту нашей отважной героини — рядового медслужбы Валерии Гнаровской. Дивизия, сдерживала огонь противника, прорывавшегося к Дону. Немецкие войска были отброшены, но часть дивизии, участвуя в непрерывных боях около двадцати дней, попала в окружение. Обессиленная девушка заболела брюшным тифом.

Когда бойцы сумели прорваться к своим, однополчане вынесли едва живую Валерию на руках. Отважная девушка-санинструктор получила первую боевую награду – медаль «За отвагу».

После госпиталя она попала в полк 244-й стрелковой дивизии 12-й армии Юго-Западного фронта. Подразделение принимало участие в Донбасской операции, стояло в обороне на восточном берегу речки Северский Донец.

Красноармейцы заняли высотку, куда пытались прорваться немцы. В боях возле одного из сёл санинструктор Гнаровская спасла около сорока израненных бойцов, выносила их из шквального огня, при этом сама уничтожила нескольких гитлеровцев. В бою Валерия была контужена, потеряла слух. Но после недолгого пребывания в госпитале снова вернулась в часть. 

В сентябре 1943-го на счету Гнаровской было более трёхсот спасенных красноармейцев –она их она вернула к жизни, вытаскивая с огневых позиций, делая перевязки под непрекращающимися обстрелами, работая до изнеможения в медсанбате…

«Незнакомая, чужая,
Из походного шатра,
Всем своя и всем родная
Милосердная сестра...»

Из популярной песни Первой мировой войны
 

За доброту и сердечность бойцы ласково называли её «Ласточкой». Она спешила, как на крыльях, на помощь, стойко переносила нечеловеческое напряжение фронтовой жизни.

…Враг оказывал ожесточенное сопротивление на подступах к Запорожью. Батальону красноармейцев удалось выбить гитлеровцев и закрепиться в Вербовом Запорожской области (полусожжённая деревушка несколько раз переходила из рук в руки). Оттуда открывался путь дальше, к Днепру.

После одного из кровопролитных сражений бойцы покинули деревню и приблизились к лесопосадкам. На месте жестокого боя осталось много погибших, на зовы раненых спешила Валерия. В организованном полевом медпункте разбили палатки для их размещения перед отправкой в госпиталь. С ними осталась и «Ласточка» – старшина медицинской службы Валерия Гнаровская.

К счастью для раненых, неподалеку начал разворачиваться командный пункт полка, и появилась надежда, что их спасением распорядится заняться сам «полкан».
Привычно делая перевязки, ставя инъекции обезболивающего, привычно повторяя раненым ставшие для нее обыденными слова утешения, Валерия рассеянно прислушивалась к грохотавшему неподалеку бою.
И тут вмешался звук, заставлявший леденеть кровь даже у видавших виды красноармейцев 1943 года. Рев танковых моторов и железный лязг гусениц!
Основным и, пожалуй, единственным источником информации об отчаянном последнем бое нашей героини служит наградной лист о представлении ее к званию Героя Советского Союза от 21.03.1944.
Он максимально скуп на подробности:
«Под совхозом Иваненково 2 вражеских танка типа «Тигр» прорвались через линию нашей обороны — устремились в расположение штаба полка. В этот критический момент, танки приблизились на 60-70 метров к расположению штаба. Гнаровская, схватив связку гранат и поднявшись во весь рост, бросилась на встречу впереди идущему вражескому танку и, жертвуя своей жизнью, бросилась под танк.
В результате взрыва танк был остановлен, а второй танк… был подбит нашими бойцами.»

Германский танк Pzkpfw VI «Тигр» в бою на Восточном фронте, на заднем плане, кажется, дымит подбитый советский «Судебекер» с орудием на прицепе:
Против «панцеров» врага наша героиня была не одна. Сражалась охрана штаба полка, скорее всего, вступили в бой санитары и легкораненые. В наградном листе спасение Валерией Гнаровской раненых вообще не упоминается. 
Очевидно, атакуя штаб полка, один из «панцеров» наползал на ее импровизированный лазарет, на ее раненых… Беспримерная жестокость боев на Восточном фронте не оставляла надежды, что немецкий танкист изменит боевой курс.

Что было у девятнадцатилетней девчонки против грозной бронированной боевой машины, мрачного творения тевтонского оружейного гения?
Противотанковые фугасные гранаты, скорее всего — РГ-40, т.к. более совершенные РГ-43 в середине 1943 г. еще только начали поступать в войска.
Ручная граната РГ-40

Вес одной такой — 1,2 кг. Сильная и решительная девушка вполне может метнуть ее с относительно безопасной дистанции. Однако опыт показывал, что против тяжелого танка (если все-таки «Тигр») одной РГ-40 мало что сделаешь, разве что можно попробовать сбить гусеницу, и то если очень повезет. Максимальная бронепробиваемость РГ-40 составляет 40 мм, а у «Тигра» минимальное бронирование корпуса — 63 мм.
Поэтому против танков Вермахта с первого года войны советские бойцы применяли фронтовое изобретение — связку из нескольких гранат. Проблема заключалась в том, что далеко ее не кинуть даже дюжему бойцу-гранатометчику, не то что молодой девушке. Максимальная дистанция броска — несколько метров. При чем серьезная контузия от взрыва почти неизбежна, даже если скрыться после этого в окопе.
А нашей героине, скорее всего, укрыться было просто негде.
Бросаясь навстречу танку — со связкой ли гранат, со сложенными ли в сумку гранатами — она могла рассчитывать уцелеть только чудом. Но кто же на войне не верит в чудо? Почему-то кажется, что в свои последние мгновения в этом блистающем мире Валерия все же надеялась выжить. Кстати, «под танк» она почти наверняка не ложилась — не было необходимости.
Мы никогда не узнаем, успела ли она отчаянно выкрикнуть или едва слышно прошептать перед этим: «Мне не страшно!»
Но ей, наверное, действительно не было страшно: в такой ситуации у опытного и храброго бойца включается совершенно иное восприятие опасности…
И.М. Пентешин. Подвиг Валерии Гнаровской. Картина, изображающая последний бой нашей героини:
Мощным взрывом маленькую фигурку девушки далеко отшвырнуло от танка. Несчастная Валерия погибла мгновенно, или почти мгновенно…
Был ли уничтожен ею немецкий танк — спорный вопрос. В таком документе, как наградной лист, обязательно бы написали «подбит», «уничтожен», если бы это было так. «Остановлен», — обтекаемо значится в представлении нашей героини к награде. Увы, вполне вероятно, что убивший Валерию Гнаровскую танк мог уползти из боя своим ходом… Очень надеюсь — ненадолго!
Но раненые были спасены. Девушка-санинструктор, которую ласково называли Ласточкой, которая любила повторять: «Мне не страшно!» и которая когда-то выращивала комнатные цветы, выполнила свой долг медика перед этими людьми безупречно. Спасла  жизнь 70-ти раненным. Взамен отдав войне свою.
Второй танк вывели из строя бронебойщики красноармейцы Рындин и Турундин (фамилии просто созданы для одного расчета!), также представленные за этот бой к правительственным наградам.
Наступление нередко бросало своих убитых непогребенными. Тело Валерии только спустя несколько дней было захоронено местными жителями в братской могиле, в которую легли и другие погибшие в этом бою солдаты и офицеры 907-го стрелкового полка. Через год она была перезахоронена с отданием воинских почестей в парке совхоза Иваненково, которому впоследствии присвоили новое имя — Гнаровское.
Фронтовые друзья санинструктора Ласточки искренне оплакали ее и ушли вперед — к новым боям и, быть может, к собственной гибели. Долго скорбеть на фронте не было времени.
Командование полка 21 марта 1944 г. представило рядовую Валерию Гнаровскую к званию Героя Советского Союза. Она была достойна золотой звезды не меньше, чем другие женщины — полевые медики Красной армии!Она получила эту высочайшую награду СССР 2 июня 1944 г. За свой подвиг, и за тысячи и тысячи своих незнакомых фронтовых подруг, слишком многим из которых единственной наградой стала надгробная звезда солдатского обелиска.
Б.Казаков. Смерть санитарки:
Узнав о гибели дочки, Евдокия Михайловна, мать Валерии обратилась с письмом к бойцам и командованию полка. «Невыносимо больно материнскому сердцу сознавать, что нет больше на свете моей дочурки, моей Ласточки. Кажется, не слезы, а кровь течет из моих глаз. Жила я надеждой увидеть её, а теперь эта надежда ушла... Но я горжусь своей дочерью. Горжусь тем, что она не пряталась в трудное для Родины время, не струсила, а с гордо поднятой головой приняла смерть, спасая раненых. Народ не забудет её, как не забудет и других защитников Отечества, сложивших свои головы за свободу родной земли…».

На войне, в боях на передовой Валерия любила повторять: «Мне не страшно!» Ее младшая сестра вспоминала, что в мирной жизни девушка, бесстрашный полевой медик, любила выращивать садовые и комнатные цветы… 

Село, с земли которого она ушла в бессмертие, названо в её честь – Гнаровское. На могиле в парке совхоза её имени в Красноармейском районе Запорожской области (теперь район «декоммунизирован» и стал Вольнянским) прежде пионеры высаживали цветы, так любимые отважной «Ласточкой», прилетевшей сюда с Ленинградской земли и не отдавшей свою жизнь за жизни своих боевых товарищей, за советскую Родину.

Сегодня на официальном сайте Гнаровской сельской рады нет упоминания ни о подвиге Валерии Гнаровской, ни о том, что 18 октября был день рождения «Ласточки», которой было суждено прожить всего 20 неполных лет. В разделе «история» сообщается, что некие «активисты» исследуют «настоящую, правдивую» историю села, которое прежде называлось Вербовое. Остаётся только пожалеть представителей местной власти, которые в угоду сиюминутным политическим веяниям готовый предложить односельчанам беспамятство вместо памяти… Район уже переименован, тем самым его жителям навязали «настоящую историю», убрав из топонимики подвиг красноармейцев, защищавших, а после – освобождавших этот край от гитлеровцев.
К сожалению, это почти все, что известно о человеческих, обыденных чертах отважной фронтовички. Как и очень многим из ее злополучного и героического поколения, Валерии Гнаровской суждено было слишком рано надеть единообразный красноармейский «хаки» образца 1935 г., а после ранней смерти на поле чести — «забронзоветь» в мемориалах.
От очаровательной… Извините, это слово показалось бы в предвоенном СССР слишком «мелкобуржуазным»! От хорошенькой живой выпускницы Подпорожской школы осталась единственная маленькая и смутная фотография, по которой даже не скажешь в точности, какого цвета были у нее глаза и волосы.
 

Потому-то художники, обращавшиеся впоследствии к подвигу санинструктора Валерии Гнаровской, не стеснялись давать волю авторскому воображению, делая ее то великорусской светлоглазой блондинкой, то темноволосой смуглянкой с южными чертами…

Война не щадила ни тех, ни других.

Валерия Гнаровская — блондинка и почему-то с погонами старшины, хотя известно, что она имела воинское звание «рядовой»
М. Самсонов. Подвиг Валерии Гнаровской. Здесь наша героиня — брюнетка:
С. Володин. Валерия (эскиз). А здесь — платиновая (кстати, перекисью водорода в 1940-е гг. краситься умели!)

Красоты России. Заонежье

Фотогалерея и рассказ об удивительном карельском уголке на севере Онежского озера - будущем национальном парке "Кижские шхеры".

Так получилось, что в своей жизни я проживал только в двух городах: заполярном Мурманске и Санкт-Петербурге. Но моя душа застряла в пространстве посередине между Ленинградской и Мурманской областями – в Республике Карелия.

1

Те, кто следит за моими публикациями, хорошо знают, что Карелии я уделяю большое внимание, а некоторые люди даже считают меня карельским фотографом:) Но пока я там бываю не так часто, как хотелось бы.

Изучение этого живописного и уникального края я начал более 10 лет назад с Северного Приладожья. Надеюсь, многие из вас его читали.

2Позднее я стал посещать и другие районы, не один раз проехав всю республику с юга на север и наоборот, попутно осваивая запад и восток. Сегодня я хочу рассказать еще об одном удивительном северном уголке. Надеюсь, у меня получится уместить солидную фотогалерею и весьма объемное описание в формат одного репортажа.

35 лет назад я добрался до северной части Онежского озера. В этом районе находится крупный и протяженный Заонежский полуостров и архипелаг Кижские шхеры, насчитывающий более 500 островов.

4Вместе они образуют уникальный природно-ландшафтный комплекс, на территории которого находится зоологический заказник «Кижский» площадью 50000 Га, несколько небольших заказников и немало памятников природы.

В будущем здесь планируется создание национального парка «Кижские шхеры» (второе название «Заонежский»).

5Природа Заонежья впечатляет: песчаные пляжи, каменные утесы, висячие озера, хвойные и лиственные леса… - все это мне очень напоминает север Ладоги!

6Однако, на мой субъективный взгляд Онега немного уступает южному озеру по красоте – ландшафты здесь плоские и прямолинейные. Но это с лихвой компенсируется богатым культурным, историческим и архитектурным наследием.

7Воротами в этот затерянный край является знаменитый Остров Кижи (он заслуживает отдельного внимания, и о нем я расскажу в конце), но если их распахнуть или зайти с черного входа можно переместиться во времени лет, так, на 100 назад.

8За воротами время остановилось. Цивилизация обходит это место стороной. Моих любимых провинциальных сюжетов на этих отдаленных землях хоть отбавляй и туристов в десятки тысяч раз меньше, чем на острове Кижи.

9Кажется, что от столицы республики - Петрозаводска до этих мест рукой подать – буквально 50 километров. Но это если мерить «локтем» по карте)

По факту, чтобы сюда добраться на машине, нужно преодолеть путь почти в 300 километров через Медвежегорск или же плыть по воде порядка 70 км до поселка Великая Губа или до острова Кижи (а далее на лодках).

10Дороги в основном хорошие. До Медвежей горы они и вовсе «федерального» качества, далее сменяются «среднеасфальтовым». Второстепенные дороги на полуострове грунтовые.

11Глядя на карту полуострова, создается ощущение, что земную поверхность тут кто-то небрежно покромсал ножницами: большинство озер и заливов имеют продолговатую форму.

1211 тысяч лет назад, когда ледник покинул территорию Заонежья, здесь прошла серия землетрясений. Некоторые из них были разрушительными интенсивностью 8 и более баллов.

Сейчас можно наблюдать следы сдвигов земной коры и древних вулканов в виде скалистых уступов и обвалов камней.

13Дело шло к закату... Летом на полуострове он достаточно поздний. Я уже проехал около сотни километров от Медвежей горы и в одном из населенных пунктов делаю остановку. Это село Кажма с живописной извилистой речкой, которая несмотря на июнь месяц, еще достаточно полноводна после весны.

На ее берегах стоят огромные деревянные дома, характерные для русского севера.

14Космозеро

Мой путь лежит к озеру Космозеро – яркому примеру тектонической активности. По своей сути это разлом шириной от 200 до 1000 метров, при длине в 30 километров.

15Мое внимание привлекло одиноко стоящее строение - часовня Космы и Дамиана (XVII век). Тут когда-то находился хутор, но сейчас жилых построек нету. Это просто урочище с названием Узкие, (возможно, название связано с шириной озера - в этом месте она минимальна)

16Проехав чуть дальше, оказываюсь в живописном селе Космозеро. Солнце уже скрылось за горизонтом, окрасив перьевые облака в розовый цвет. Температура опустилась почти до нуля градусов и не важно, что на дворе июнь. Местная молодежь начинает вечерние прогулки, бесцельно шатаясь по немногочисленным улицам - да, и чем еще заняться в этой глуши?

17Космозеро – старинное село, впервые упоминающееся в писцовой книге ещё в 1563 году. Знаменито же оно было ансамблем деревянных приходских церквей, одним из самых красивых в Заонежье.

Все постройки тут деревянные. Самая главная среди них возвышается над озером и огородами, лодочными пирсами и банями и по сей день. Это церковь Александра Свирского (1770г.) - одна из двух уцелевших церквей. Успенский храм давно сгорел. 

18Немного погуляв по деревне, продолжаю путь.

19Ламбасручей

Так называется небольшой поселок с населением почти в пол-тысячи человек.

Живописное место, которое затерялось среди многочисленных островов, заливов и скал. Множество заколоченных и разрушенных домов - классика провинциальной России.

20Единственное, что выделяется в поселке - это кирпичная школа, но и ее по слухам в ближайшее время могут закрыть из-за недостатка учеников.

Каких-либо достопримечательностей более не обнаружилось. Но я заехал в Ламбасручей не за этим. Именно отсюда можно по кратчайшему водному маршруту добраться до южных берегов Уницкой губы. Там находится заброшенная более 40 лет назад деревня Пегрема и поляна идолов.

Интернет, к сожалению, мне не дал ответа на вопрос: где найти лодку? Пришлось уже на месте гулять вдоль берега озера в поисках нужного человека. Встречайте, вот он - мой сегодняшний кэп - Денис, "зафрахтованный" на пару дней.

21Предлагаю взять ему пивка в местном магазине, но не пьет капитан, - работает. Покупаю заказанный лимонад.

Ловко отталкиваясь ногами, в несколько отработанных до автоматизма движений, Денис извлекает свое плавсредство из деревянного бокса.

22Мижостров

И, вот, мы мчимся по синей водной глади Онеги. Огибая несколько островов губы Умпага, делаем промежуточную остановку в заброшенной деревне Мижостров. Денис проводит по ней небольшую экскурсию. Ему есть чем поделиться и что вспомнить, ведь он в этой деревне вырос. Долгое время тут жила его мама...

23Пока он рассказывает, я ловлю дежа-вю и мысленно перемещаюсь на Кенозерье. Похожее озеро, острова, такая же лодка, природа, живые и мертвые деревни, но самое главное рассказы. Они похожи один в один.

"Жить и добираться до большой земли становилось все тяжелее, школы нету, магазинов тоже, мы и наши соседи были вынуждены покинуть родные места, бросить процветающие хозяйства и хорошие деревенские дома. Сейчас иногда приезжаем сюда косить траву и за грибами: ... за этой горой много красных, а, вон, там, в низине собираем соленики" - говорит Денис.

"Вот это наша банька, много тут детей раньше собиралось, прыгали с этого мостка, а здесь был наш огород" (показывает на заросшее поле)

24Его дом еще стоит. Обветшал, конечно, но не развалился, и по ощущениям в нем можно жить и сейчас. Когда-то в нем жили 2 семьи, но соседи съехали первыми.

Главная достопримечательность деревни - часовня иконы Божией Матери "Неопалимая Купина" (1904г.)

Амбар на воде и одну из бань успешно разобрали и перевезли в Кижи. А вот часовню забыли.

25В момент моего посещения она находилась в плачевном состоянии. И через год-другой на ее месте могла бы оказаться гора бревен.

Но нашлись энтузиасты и уже после моего посещения Мижострова они провели восстановительные работы в часовне. Так что этот деревянный шедевр постоит еще не один год.

Еще некоторое время я хожу по деревне и фотографирую, Денис тем временем, закурив сигарету, спустился к лодке, долго сидел и смотрел с грустным лицом на свою полуразрушенную баню, по всей видимости, вспоминая детство.

26Пегрема

Пора плыть дальше. Мимо небольших островов, через искусственную протоку мы выходим в Уницкую губу. Противоположный берег едва виден, - подплываем ближе.

В поле зрения появилась часовня Варлаама Хутынского. Но жилых строений не просматривается - неужели ничего не осталось от деревни? Причаливаем к полуразобранному пирсу, к которому когда-то ходили "Ракеты" из Петрозаводска.

Денис поплыл дальше к друзьям на Колгостров оценить намечающуюся халтуру. Пообещал забрать меня завтра. Я остаюсь один в некогда жилой деревне.

27Вечереет. Начинаю прогулку по редколесью. Вокруг мертвая тишина, разбавленная пением птиц, писком комаров и шелестом молодой листвы.

Свобода, красота и покой... - здесь хочется дышать полной грудью!

В далекие 60-е годы прошлого столетия Пегрема представляла собой типичный погост с огромными деревянными домами - образцами деревянного зодчества Заонежья. Их фасады (были) обращены к озеру. Деревня жила рыбным промыслом. Но рыба ушла, и тогдашние власти признали деревню неперспективной. Люди уехали кто-куда. Основная масса переселилась как-раз в Ламбасручей.

28Спрятавшись за деревьями, стоят и первые экспонаты "музея под открытым небом".

Провалившиеся крыши, покосившиеся стены, пустые дверные и оконные проёмы - печальное зрелище. (В дома заходить уже опасно, поэтому фотографировал исключительно снаружи).

29За время отсутствия здесь человека, лес год за годом отвоевывает у деревни территорию. Некоторые постройки теперь и вовсе представляют собой бревна, торчащие из травы.

А, ведь, раньше сюда заезжали на легковых машинах. Естественно, дороги теперь нету. Даже на подготовленных внедорожниках доехать шансов не много.

Повсюду следы диких зверей. На поляне рылом поработали кабаны, возле одного из домов оставили после себя кучу "овальчиков" лоси. И только медведь, который проживает рядом с деревней и был замечен некоторыми туристами, следов не оставил.

Завалившаяся на бок часовня Варлаама Хутынского (1770 год), - самое презентабельное здание. Только она не дает деревне прийти к окончательному забвению.

30Чуть южнее находятся несколько деревянных двухэтажных исполинов...

Красивая природа, первая линия от озера, ровные видовые участки, но никому они тут не нужны... Даже бесплатно.

Единственную оставшуюся на всю деревню баню в живописной бухте, редкие для этих мест туристы превратили в мусорку.

31Пока еще не совсем стемнело, я удаляюсь на север в сторону поляны идолов. Нужно еще успеть поставить палатку и поспать несколько часов до рассвета.

Ночной лес оживает. В дебрях приходится включить фонарик. Прошлогодняя листва на узкой натоптанной тропинке хрустит под ногами, слева виднеются кресты и ограды старого кладбища. Деревянные "беззубые монстры" из темноты подглядывают за моими передвижениями... В такой атмосфере невольно прислушиваешься к каждому шороху. На заросшей сельской дороге попадается различный скарб. Скорее бы утро - будет повеселее!...

32Нравятся мне такие места, в них чувствуешь себя как-то по особенному... Даже не знаю почему: из-за неповторимой атмосферы, духа прошлого, сильной энергетики, уникальной природы? Или это совокупность этих факторов?

33 Поляна идолов

Если от заброшенной деревни прогуляться через лесную чащу по тропинке длиной 1,5 километра на север, можно оказаться в месте, куда хотят попасть практически все туристы Заонежья.

Добро пожаловать в культурно-исторический комплекс Пегрема!

34Здесь с мая по сентябрь не первый десяток лет принимает гостей фанат своего дела археолог - Анатолий Павлович Журавлев. Еще студентом он приехал в эти места на практику и с тех пор возвращается каждый год, живет в палаточной резиденции (лагере), ловит рыбу, проводит свои тайные исследования и собирает симпозиумы.

Холодное лето 17-го до 10 июня не собрало ни одного симпозиума и мое неожиданное появление, не только удивило "историка-археолога-мифолога-(и просто фантазера)", но и положило начало новому сезону.

Солнечный рассвет сменился пасмурным утром, небо было затянуто плотной пеленой облаков. В момент нашего с А.П. знакомства и вовсе пошел сильный дождь. Но прогулку решили не откладывать и выдвинулись по маршруту.

35Журавлев начал свой подготовленный наизусть выученный рассказ:

"В чем уникальность Пегремы?

- здесь сосредоточены материальные памятники различных эпох, разнесенных на тысячелетия.

- многие археологические объекты пегремского комплекса поддаются датировке, что для Карелии является редким явлением.

- жители покидали эти места в спешке, оставив весь свой скарб. Это позволяет исследователям составить полную картину быта людей прошлых эпох.

- компактное расположение памятников, позволяет реконструировать духовный мира первобытного человека"

36На удалении от берега хорошо просматриваются несколько террас, расположенных на разной высоте. Они заселялись в разное время по мере обмеления Онежского озера. На каждой террасе есть раскопы, в которых находили: керамические изделия, медные предметы и первобытные инструменты.

Главный объект комплекса - Поляна Идолов. Подходим к ней...

37 Я, конечно, не специалист по подобным местам, в чудеса не верю, энергетику места тоже ощущаю с трудом, но, отойдя на каких-то 300 метров от берега, я увидел поляну залитую солнечным светом, а над головой было голубое небо. Объяснить почему 5 минут назад лил дождь без намека на просвет, а сейчас светит солнце, я не могу. Совпадение? Возможно.

Поляна была найдена совершенно случайно после пожара в 1988 году.

38Культовый комплекс или поляна идолов - это то место, где древние язычники совершали обряды поклонения богам, почитания предков, родовых тотемов, погружения в потусторонний мир,

Идолы представляют собой камни грубой обработки. Среди них покровители птиц, зверей и животных данной местности. Домашние боги, которым поклонялись отдельные семьи.

Возле каждого каменного экспоната Журавлев повесил таблички.

39По словам рассказчика, сюда иногда прилетает НЛО и в один из таких "прилетов" ему даже обожгло руки:) Так уж и быть, поверим ему на слово:)

Тропинка начинается и заканчивается у импровизированного конференц-зала на берегу Онеги - примерно через час возвращаемся к ней.

Только в этом месте, рядом с поляной идолов есть песчаный пляж и удобная бухта для лодок. Нигде в окрестностях такого не встретить.

Вот такой он - первобытный театр, в котором проходили гуляния, празднества, ритуалы людей далекой и загадочной эпохи, чьи тайны хранят немые свидетели прошлого — каменные идолы Пегремы.

К обеду Денис, как и обещал, забрал меня с этого "края света" и мы поплыли обратно на большую Землю, где мне предстоит увидеть еще немало интересного.

40Вегоруксы

Решив немного срезать путь, по какой-то непонятной дороге с ухабами и острыми камнями я пытаюсь проползти от Ламбасручья до заброшенной деревни Вегоруксы.

Когда-то Вёгорукса (старинное название) была важным пунктом на древнем пути из Новгорода к Белому морю и объединяла в себе несколько деревень. Это один из старейших населенных пунктов в Заонежье, который ныне перестал существовать.

Остановился на живописной лужайке с видом на церковь Николая Чудотворца (1889г.). Теперь мне надо бы немного поспать, ведь ночью удалось отключиться только на 3 часа.

41Проснувшись обнаружил, что пробил одно колесо, да еще и проехал на нем. Теперь оно даже не подлежит ремонту. Ковыряюсь более часа, но «запаску» не поставить - один болт, как назло, мой балонный ключ не отворачивает. Напомню, на ближайшие десятки километров ни души, связи нету. Время около 8 вечера. Ну, думаю, прилип.

Вдруг с горы спускается белый «питерский дастер», в котором, как по заказу, есть тот самый крестовый ключ, который отворачивает единственный неподдатливый болт. Ребята просто привезли маму посмотреть на старинный храм…

42Даже когда я уже ехал на «докатке» снимать закат в Усть-Яндому и Кондобережскую, я все равно не верил, что такое бывает. Вечером в заброшенной деревне, в 750 км от дома и вдали от населенных пунктов, без связи, около Церкви Николая Чудотворца мне из Питера привезли ключ, который подошел. До этого за 2 дня я там туристов встретил ровно 0 человек. Я не верю сам себе, вы тем более не верьте. Такого не бывает и быть не может.      

Усть-Яндома

Качество дороги после Кондобережской значительно испортилось и скорость передвижения упала. Тяжелые свинцовые облака постепенно затягивали небосвод. Неужели заката не будет?

43В Усть-Яндоме со светом, действительно, не повезло, поэтому принимайте Часовню Георгия Победоносца (которая находится примерно в километре от деревни), как получилась. Хотя место само по себе очень интересное и отсюда хорошо виден остров Кижи.

44Кондобережская

В Кондобережской облака оставили надежду на закат в виде узкой полоски на линии горизонта. Солнце буквально на 10 минут осветило берег Онежского озера и Никольскую часовню, стоящую на его крутом берегу в окружении лугов.

45Чуть поодаль стоит дом обрусевшего польского писателя Мариуша Вилька, который настолько влюбился в Русский Север, что даже поселился в Заонежье.

(Считайте, что как минимум эти 2 фотографии не моя заслуга. Они целиком и полностью принадлежат той самой семье на «дастере».)

46Шуньга

Так называется поселок, в честь которого названа горная порода - шунгит. Сюда я заехал на обратном пути. 

До недавнего времени Заонежье было единственным местом в мире, где находились шунгитовые месторождения. Второе было открыто совсем недавно в Казахстане. Шунгит – одна из форм углерода. Считается, что он обладает лечебными и магическими свойствами. Наличие шунгита в земной коре сделало здешние почвы весьма плодородными, и они даже получили название «Кижские черноземы». На одном из карьеров прихватил себе несколько понравившихся черных камней на память.

47Я всегда стараюсь делать остановки в интересных местах, по пути к карьерам остановился в деревне Поля. Название оказалось под стать самой деревне. Она как раз и представляла собой поля, по периметру которых были рассосредоточены заброшенные постройки.

48В центре полей Ильинская церковь с колокольней и единственный жилой дом на всю округу.

49Далее заскочил в деревню Паяницы, где на возвышенности среди можжевеловых кустов находится часовня Архангела Михаила (XVIIв.) с двухъярусным крыльцом.

50И еще в несколько, не слишком интересных населенных пунктов. 

51Еще лет 5 назад я хотел заехать в деревню Яндома на Яндомозере. Там находилась очень красивая Варваринская церковь. Но ее решили разобрать, перевезти и, отреставрировав, восстановить в деревне Типиницы. Но что-то пошло не так. Часть конструкций было утрачено по дороге, часть не смогли вывезти, что-то до сих пор лежит и гниет на улице. Судя по всему, этот храм будет (или уже) утрачен по чьей-то халатности. Мне не хватило одного года чтобы увидеть этот шедевр на своем месте, а в другом уже не судьба, наверное.

52Кижское ожерелье

Столицей Заонежья является поселок Великая губа, но он на меня впечатления не произвел. В двух словах: деревянные бараки.

Поэтому, далее мы отправимся на моторной лодке по островам и отдаленным деревням Онежских шхер, именуемых «Кижским ожерельем».

53В окрестностях острова Кижи, на близлежащих островах Большом Климецком, Еглове, Волкострове, а также вдоль берегов материковой части Заонежского полуострова находятся, наверное, с десяток памятников деревянного зодчества. Они, как драгоценное ожерелье, обрамляют ансамбль кижского погоста. До них можно добраться только по воде.

54Мельница с Волкострова давно перенесена на остров Кижи, а, вот, часовня до сих пор красуется в небольшой деревне Насоновщина.

55Меня удивило, что большинство домов в этой деревне жилые, хотя ее доступность оставляет желать лучшего. Зато это отличное место для уединения с природой.

56В деревне Еглово на острове Еглов, постоянного населения нету. А когда-то здесь делали деревянные лодки для всего Заонежья.

57Сейчас здесь остались несколько домов и часовня во имя иконы «Божья матерь всех скорбящих радость»

58Рядом с деревней Зубово находится урочище Подъельники, где среди вековых елей можно отыскать Пятницкую часовню.

5960Деревня Телятниково изначально находилась на Керкострове. С него в начале прошлого века на материковую часть крестьяне перевозили коров и телят на летние пастбища. Со временем островные земли распахали под поля и все дома и сопутствующие постройки перенесли на полуостров.

61Вместе с ними построили часовню во имя пророка Илии. В 1950 году она сгорела, а спустя 58 лет на ее месте построили новую.

62Перед возвращением в наш уютный гостевой домик мы причалили к живописному полуострову в деревне Корба. Там находится Знаменская часовня (17в.) , которая, однако, с воды смотрится поинтереснее.

63Кижи

Нет, наверное, такого человека в России, который бы не слышал об острове и музее-заповеднике Кижи. Его без преувеличения можно назвать одним из самых прекрасных мест России.

64Большинство людей приезжают на этот остров на один день. Но за это время при всем желании невозможно оценить всю его красоту и тем более почувствовать атмосферу. На острове или в его окрестностях нужно провести как минимум несколько дней…

65Думаю, не все знают, что там есть настоящая жилая деревня Ямка, в которой на одной улице сотни лет живут и отдыхают коренные карельские островитяне. Чтобы попасть в нее достаточно пойти от пирса не на юг, а на север. За ближайшей возвышенностью вы увидите уже не музейные экспонаты, а настоящие жилые дома, амбары и бани.

66ЯмкаВ Ямке непередаваемая атмосфера тишины, спокойствия и умиротворения. Даже не верилось, что за соседним холмом бродят тысячи туристов с разных континентов, а мы находимся в одном из самых популярных мест России.

67КижиБлиже к вечеру многочисленные туристы исчезли, причал для судов опустел. Отдыхающие ребятишки, побросав кто-где свои велосипеды, разбежались по избушкам. Местные жители, коих там не много, совсем недавно закончили банные процедуры... На закате все низины острова медленно заполнялись туманом, который с каждым часом становился все плотнее.

68В середине лета ночью в этих краях практически не темнеет, только время замедляет свой ход и природа на несколько часов погружается в сумерки. Безоблачное небо окрашивается в розоватый цвет.

69С высоких холмов открываются шикарные виды на заливы, в которых хаотично разбросаны старинные постройки, а над туманным одеялом возвышаются маковки и кресты многочисленных памятников деревянного зодчества.

70Только после заката и до утра Кижи становятся настоящими и ты не ощущаешь себя в музее - вокруг не реальная красота!

За такими картинами мы сюда приехали, именно такими я хотел увидеть Кижи. 

Вообще, деревянные шедевры на фоне прекрасной северной природы впечатляют. Тут этого "добра" хоть отбавляй. И если на Кижи их свозили со всех окрестностей, то на Заонежском полуострове они находятся на своих исторических местах. 

71Много куда я не успел заехать, что-то осталось за кадром, но этот репортаж я итак сократил как мог. Но могу сказать совершенно точно: только что вы посмотрели одну из самых красивых и максимально полных фотогалерей из Заонежья.

Этот район Карелии, определенно, заслуживает внимания и желательно его осваивать комплексно.

Кижи - Кижское ожерелье - Заонежский полуостров. Только так сложится полная картина о жизни в этом северном крае.

Я же надеюсь, что в эти края еще неоднократно вернусь.

Популярное в

))}
Loading...
наверх