Жанна Чёшева (Баранова) предлагает Вам запомнить сайт «Мы из Советского Союза»
Вы хотите запомнить сайт «Мы из Советского Союза»?
Да Нет
×
Прогноз погоды

Поиск по блогу

Взлёт и падение маршала авиации А. Е. Голованова

развернуть
В первые дни той страшной для нашей Родины войны несли потери от стремительно наступающих немецких танковых соединений не только наземные войска.
Трагическая бойня разворачивалась и в небе. Военно-воздушные силы Западного Особого военного округа в большом количестве были уничтожены 22 июня 1941 года внезапными немецкими налётами. Потери были настолько сокрушительными, что командующий ВВС округа генерал И. И. Копец от отчаяния застрелился...

В личном дневнике «Разные дни войны» Константин Симонов писал в те дни: «30 июня 1941 года, самоотверженно выполняя приказ командования и нанося удар за ударом по немецким переправам у Бобруйска, полк, летавший в бой во главе со своим командиром Головановым, потерял 11 машин».

Сам главный маршал авиации Александр Евгеньевич Голованов позже умалчивает о том, что за штурвалом одного из тех самолётов группы 212-го Отдельного дальнебомбардировочного полка сидел он сам. Такой уж он был человек, чего зря выпячивать свой героизм?

Александр Голованов родился в 1904 году, в Нижнем Новгороде, в семье речника. Интересно, что мать будущего маршала авиации была дочерью народовольца Николая Кибальчича, одного из участников покушения на Александра II.Взлёт и падение маршала авиации А. Е. ГоловановаБратья Головановы в Московском кадетском корпусе имени Екатерины II. Шура – сидит второй слева. Толя – во втором ряду третий справа

Мальчиком Саша Голованов поступает в Александровский кадетский корпус, а уже в октябре 1917 года – он в рядах Красной Гвардии. Воевал красногвардеец Голованов на Южном фронте, в качестве разведчика 59-го разведывательного полка, получил ранение в бою и был контужен.

С 1924 года Александр Евгеньевич служит в ОГПУ, сумев подняться до должности начальника отделения. В его служебном активе – участие в аресте довольно известного в белых революционных кругах эсера Бориса Савинкова (долгое время Голованов хранил у себя парабеллум этого террориста, в память о его поимке).Взлёт и падение маршала авиации А. Е. ГоловановаА.Е.Голованов – уполномоченный особого отдела дивизии им. Ф.Э.Дзержинского. 1925 гВзлёт и падение маршала авиации А. Е. ГоловановаАлма-Ата. 1931 г.Взлёт и падение маршала авиации А. Е. ГоловановаШеф-пилот Аэрофлота. 1940 г.

С начала 30-х годов Голованов был прикомандирован к Наркомату тяжёлой промышленности, в должности ответственного секретаря замнаркома, а лётную карьеру Александр Евгеньевич начал с того, что в 1932 годуон заканчивает авиационную школу ОСОВИАХИМа, после чего вплоть до начала Великой Отечественной войны работает в Аэрофлоте (в должности пилота, позже став командиром отряда). В 1938 году советские газеты писали о Голованове как о лётчике-миллионере: всего за его душой насчитывалось свыше миллиона километров.

Участвовал Александр Голованов и в боях на Халкин-Голе, и в Советско-финской войне.Взлёт и падение маршала авиации А. Е. ГоловановаСтраница черновика письма И.В.Сталину с предложением о создании соединения дальних бомбардировщиков

Судьба этого замечательного лётчика меняется в 1941 году, и резкий поворот связан с именем И. В. Сталина. Дело в том, что ещё в январе 1941 года Иосиф Виссарионович получает от Голованова письмо с предложением создания современной мощной дальнебомбардировочной авиации. Предложение Сталиным было одобрено, и с этого момента начинается головокружительная карьера Голованова, которую многие приближённые Верховного Главнокомандующего простить ему не могли до конца жизни.

Сталин испытывал к нему отеческие чувства. Сталин всегда, когда этот человек приезжал к нему домой, встречал и пытался помочь раздеться, а при уходе провожал и помогал одеться. Маршал конфузился. "Я всегда почему-то чувствовал себя при этом страшно неловко и всегда, входя в дом, на ходу снимал шинель или фуражку. Уходя, также старался быстрее выйти из комнаты и одеться до того, как подойдёт Сталин". "Вы мой гость", - наставительно говорил Хозяин смущённому маршалу, подавая ему шинель и помогая её надеть. Можно ли представить Сталина, подающего шинель Жукову или Берии, Хрущёву или Булганину?! Нет! И ещё раз нет! Для не склонного к сантиментам Хозяина это было чем-то из ряда вон выходящим. Иногда со стороны могло показаться, что Сталин откровенно любуется собственным выдвиженцем - этим высоким, богатырского роста красивым светлым шатеном с большими серо-голубыми глазами, который на всех производил огромное впечатление своей выправкой, подтянутостью, элегантностью. "Открытое лицо, добрый взгляд, свободные движения дополняли его облик".Взлёт и падение маршала авиации А. Е. ГоловановаА.Е.Голованов – командир полка (крайний справа). Смоленск, весна 1941 г.Взлёт и падение маршала авиации А. Е. ГоловановаТБ-3 перед вылетом. В центре – А.Е.Голованов. Смоленск, 1941 г

С февраля 1941 года Александр Голованов - командир 212-го дальнебомбардировочного авиаполка, а с августа 1941 года он становится командиром 81-й дальнебомбардировочной авиационной дивизии, подчинённой непосредственно Ставке Верховного Главнокомандования. А в феврале 1942 года Сталин назначает Александра Евгеньевича командующим Авиацией дальнего действия (в военной истории её принято для краткости называть аббревиатурой АДД). Наконец, с декабря 1944 года Голованов — командующий 18-й воздушной армией, собравшей в себе всю дальнебомбардировочную авиацию, и он теперь Главный маршал авиации.

Надо сказать, что корпуса АДД были ударной силой Ставки Верховного Главнокомандования и её самолёты применялись исключительно в интересах стратегически важных фронтов. Говорящий факт, - если в начале войны Голованов командовал всего 350 бомбардировщиками, то ближе к окончанию войны – это уже целая воздушная армада: более 2000 боевых самолётов.

АДД в те годы действительно гремело: ночные налёты на Кенисберг, Данциг, Берлин в 1941-м, 1942-м, неожиданные и ураганные авиаудары по железнодорожным узлам, военным резервам и переднему флангу немецкого противника. А также - перевозка раненых партизан с поля боя, помощь героям Народно-освободительной армии Югославии и многие-многие другие спецоперации. Особняком в истории АДД стоит перевозка самолётом В. М. Молотова на переговоры в Англию и США над территорией воюющей Европы, и далее – через Атлантический океан. Действия лётчиков корпусов Голованова отличали не только личная смелость, но и точность, мастерство при проведении полётов.

Летом 1942 года были учреждены полководческие ордена Суворова, Кутузова и Александра Невского. После победы под Сталинградом Верховному Главнокомандующему привезли для утверждения их пробные образцы. В его кабинете находились только что вернувшиеся из Сталинграда видные военачальники. Сталин, приложив изготовленный из платины и золота орден Суворова 1-й степени к богатырской груди командующего Авиацией дальнего действия генерал-лейтенанта Голованова, заметил: "Вот кому он пойдёт!" Вскоре был опубликован соответствующий Указ, и в январе 43-го Голованов стал одним из первых кавалеров этой высокой полководческой награды, получив орден № 9.Взлёт и падение маршала авиации А. Е. ГоловановаМаршал Г. К. Жуков и командующий Авиацией дальнего действия генерал-полковник А. Е. Голованов. Брянский фронт, июль 1943 года.

Старший адъютант маршала и спустя годы после первой встречи с командующим не мог скрыть своего невольного восхищения Александром Евгеньевичем Головановым. "Безукоризненно подогнанная маршальская форма на стройной фигуре. Это был, без преувеличения, классический образец мужской красоты. …Во всём облике Голованова - мужество, воля и достоинство. Когда он вынужден был опереться на невысокую для него трибуну и, естественно, немного нагнулся, увиделось в нём что-то орлиное, неодолимо могучее. Из окон в эту минуту упали лучи света. Незабываемая картина…" Зрителями другой незабываемой картины стали лица из ближайшего сталинского окружения. Когда глубокой осенью переломного 43-го, у маршала родилась дочь Вероника, и он приехал к супруге в роддом с фронта, то узнавший об этом Сталин строго приказал адъютанту Голованова ничего не говорить ему о срочном вызове в Ставку, до тех пор, пока сам маршал не спросит. За ослушание адъютанту грозило отстранение от должности и отправка на фронт. Когда же обеспокоенный Голованов прибыл в Ставку, то его с поздравлениями встретил сам Верховный Главнокомандующий. Суровый вождь вел себя как гостеприимный хозяин и заботливо принял из рук маршала его фуражку. Сталин был не один, и "сброд тонкошеих вождей" стал свидетелем этого уникального проявления отеческих чувств: рождение собственных внуков никогда так не тешило вождя, как обрадовало его рождение Вероники. И хотя Голованов только что прибыл с фронта, разговор начался не с доклада о положении дел в войсках, а с поздравлений.

"- Ну, с кем вас поздравить? - весело спросил Сталин.
- С дочкой, товарищ Сталин.
- Она ведь у вас не первая? Ну, ничего, люди сейчас нам нужны. Как назвали?
- Вероникой.
- Это что же за имя?
- Это греческое имя, товарищ Сталин. В переводе на русский язык - приносящая победу, - ответил я.
- Это совсем хорошо. Поздравляем вас"

Высокую оценку действиям как Голованова, так и его храбрым небесным бойцам давали даже немцы. Серьёзные эксперты в люфтваффе писали вот что: «Значительно то, что никто из пленных лётчиков не мог сказать про него , ничего отрицательного, что совершенно противоположно по отношению ко многим другим генералам ВВС СССР... АДД особенно обязана личности Голованова тем, что она к сегодняшнему дню является предпочтительным видом авиации СССР, имеет больший авторитет, чем другие виды авиации, и стала любимицей русского народа. Необычайно большое количество гвардейских соединений в АДД — высшее выражение этого».Взлёт и падение маршала авиации А. Е. ГоловановаВ кабинете в Петровском дворце. 1944 г.

В партийной среде господствовал показной аскетизм. Вождь никому не позволял обращаться к себе по имени отчеству, а к своим собеседникам всегда адресовался по фамилии с прибавлением партийного слова "товарищ". И лишь два маршала могли похвастаться тем, что товарищ Сталин обращался к ним по имени и отчеству. Одним из них был бывший полковник Генерального штаба царской армии Маршал Советского Союза Борис Михайлович Шапошников, другим - мой герой. По-отечески относящийся к маршалу Сталин не только звал его по имени, но даже хотел встречаться с ним в домашней обстановке, на что несколько раз настойчиво намекал. Однако Голованов каждый раз уходил от ответа на его предложения. Маршал резонно полагал, что ближний круг вождя оставляет желать лучшего. Да и супруга маршала Тамара Васильевна в те годы "была в самом расцвете красоты, и, конечно, он боялся потерять её" . По личному распоряжению вождя маршалу в 1943 году была предоставлена огромная, по советским меркам той поры, пятикомнатная квартира площадью в 163 кв. метра в знаменитом Доме на набережной. Из окон кабинета и спальни был виден Кремль. По коридорам дети катались на велосипедах. Ранее эта квартира принадлежала секретарю Сталина Поскрёбышеву. Жену Поскрёбышева посадили, и он поспешил переехать. Жена маршала, Тамара Васильевна, уже и без того сильно напуганная советской властью (ее отцом был купец 1-й гильдии, и дочь лишенца долгое время не имела ни паспорта, ни продуктовых карточек), учла печальный опыт предшествующей хозяйки и всю свою долгую жизнь вплоть до самой смерти, последовавшей в 1996 году, боялась говорить по телефону. Страхи Тамары Васильевны были порождены тем страшным временем, в которое ей пришлось жить. На прославленных полководцев постоянно писались политические доносы и бытовые кляузы. Не избежал этого и сталинский любимец.

В 1944 году Голованов тяжело заболел — внезапно появлялись спазмы в организме (остановка дыхания, перебои в работе сердца), что стало следствием постоянного недосыпания, значительно разрушившего центральную нервную систему. Даже его богатырский организм не выдержал такой неимоверной нагрузки, и в июне 1944 года, когда интенсивная подготовка к проведению Белорусской операции, Александр Евгеньевич оказался на больничной койке. Медицинские светила не могли разобраться в причинах болезни, вызванной сильнейшим переутомлением. С большим трудом маршала поставили на ноги, но пока шла война, ни о каком сокращении продолжительности ненормированного рабочего дня командующего АДД не могло быть и речи. Напряженно занимаясь вопросами подготовки и предстоящего использования воздушно-десантной армии, Голованов вновь забыл о сне и отдыхе - и в ноябре 44-го вновь опасно заболел и был госпитализирован. Главный маршал подал рапорт Верховному с просьбой освободить его от занимаемой должности. В конце ноября Сталин принял решение о преобразовании АДД в 18-ю воздушную армию, подчиненную командованию ВВС. Голованов был назначен командующим этой армии. Сталин сказал ему по телефону: "Без дела вы пропадете, а с армией и, болея, справитесь. Думаю, что и болеть будете меньше". Аэрофлот был передан в непосредственное подчинение Совнаркома СССР, а Отдельная воздушно-десантная армия расформирована: её корпуса были возвращены в наземные войска. Голованов утратил свой особый статус и стал подчиняться командующему ВВС: в победном 45-м он ни разу не был на приеме у Сталина. Однако Голованову не простили былой близости к Верховному. Маршал Жуков лично вычеркнул его фамилию из списка военачальников, представленных к званию Героя Советского Союза за участие в Берлинской операции.Взлёт и падение маршала авиации А. Е. ГоловановаСамолет пилотирует Главный маршал авиации А.Е.Голованов

Простые лётчики не просто ценили своего высокопоставленного командира, но и (по словам ветеранов войны) уважали, любили и боготворили его. Стиль Александра Евгеньевича – это собрать весь личный состав полка прямо на лётном поле, усадить людей на траву и тут же, на месте, с офицерами из штаба, решить все наболевшие бытовые вопросы, вопросы присвоения званий, наград. Такое отношение со стороны командования любого солдата подкупит.

Дружеская связь Голованова со Сталиным была причиной различного рода домыслов. Некоторые историки-антисталинисты довольно интересно интерпретировали эти служебно-дружеские отношения: писали о том, что Голованов был личным телохранителем Сталина, пилотом, следователем или даже просто шпионом в армейской военной среде. Так, например, В. Резун-Суворов в книге «День-М» пишет, что Александр Евгеньевич был сталинским «исполнителем тёмных заданий». Резун, не смущаясь и не утруждая подтвердить свои аргументы сколько-нибудь серьезной доказательной базой, приписывает Голованову и то, что он на своем самолёте якобы переправлял в Москву будущих жертв сталинского террора (в их числе и маршала В. К. Блюхера).

Если бы всё это было правдой, сложилась бы так судьба Голованова после войны, как она сложилась? Думается, что вряд ли…

А складывалась его судьба неблагоприятно… Назначенный в 1946-м командующим дальней авиацией СССР, Александр Голованов уже в 1948 был снят со своего поста (и постов, соответствующих его званию, больше уже не получал).

По окончании Академии не получил назначения в войска и был вынужден написать об этом Сталину. После этого, с мая 1952 года по апрель 1953 года командовал 37-м гвардейским воздушно-десантным корпусом. Это было понижение, не имеющее аналогов в истории — за всю историю Вооружённых Сил СССР корпусом никогда не командовал главный маршал рода войск. Голованову было предложено написать заявление в Президиум Верховного Совета СССР с просьбой понизить ему звание с Главного маршала авиации до общевойскового генерал-полковника, на что он не согласился. Окончивший в 1950 году с отличием Академию Генштаба Голованов назначен был командующим воздушно-десантным корпусом. Как горько ему это было, чувствовать горечь своего падения, - ведь совсем недавно в его подчинении находились все воздушно-десантные войска СССР…

Окончательное падение произошло после смерти Сталина. И хотя, в отличие от некоторых других крупных военачальников сталинской эпохи ему сравнительно повезло (он не был репрессирован, например, как А. А. Новиков и А. И. Шахурин) жилось ему довольно непросто.

Больше он никогда не служил. Пенсию ему назначили небольшую - всего-навсего 1800 рублей, маршал Жуков после отставки получал 4000 рублей, а сниженный в воинском звании вице-адмирал Кузнецов - 3000 рублей в масштабе цен до денежной реформы 1961 года (соответственно 180, 400 и 300 пореформенных или, как их нередко называли, "новых" рублей).

Половина пенсии шла на оплату квартиры в Доме на набережной: опального маршала лишили всех льгот по оплате жилья, 500 рублей он ежемесячно посылал своей старушке-матери, в итоге, семья, в которой было пятеро детей, была вынуждена жить на 400 рублей в месяц. Даже в те скудные времена это было намного ниже прожиточного минимума. Выручало подсобное хозяйство на даче, гектар земли на Икше. Полгектара засевали картошкой, все сбережения потратили на корову и лошадь. Его жена Тамара Васильевна сама вела хозяйство, доила корову, ухаживала за ней, делала творог, варила сыр. Сам маршал очень много работал на земле, ходил за плугом, который тащила его лошадка Копчик, любимица всей семьи. Александр Евгеньевич даже научился делать вино из ягод. Когда нужны были деньги для покупки школьной формы для детей, то Головановы всей семьей собирали ягоды и сдавали их в комиссионный магазин. Своего презрения к преемникам товарища Сталина он не скрывал и отказался подписать письмо с осуждением культа личности Сталина, которое ему прислали от Хрущёва.Взлёт и падение маршала авиации А. Е. ГоловановаНа даче в саду. Одна из последних фотографий

Все свои последние годы жизни Александр Голованов посвятил работе над мемуарами. Не жалея сил, неделя за неделей в Подольске он изучал документы Центрального архива Министерства обороны, чтобы составить полную картину войны, вознесшей его на маршальский пик.

Интересно, что главы из рукописи Александр Евгеньевич показывал Михаилу Шолохову, который жил по соседству с «маршальским» домом на Сивцевом Вражке. Шолохов книгу Голованова высоко оценил, рекомендовал к печати.Взлёт и падение маршала авиации А. Е. ГоловановаКнига при жизни бывшего маршала, увы, так и не вышла. Причиной тому – разногласия Голованова с чиновниками из Главпура (Главного политического управления Советской Армии и Военно-Морского Флота), которые помимо ряда цензурных указаний к материалу рукописи, настойчиво советовали Голованову включить в неё упоминание о Л. И. Брежневе. Что для Александра Евгеньевича было, конечно же, неприемлемым.

Отказался упомянуть имя Брежнева в своих мемуарах (якобы встречался с начальником политотдела 18-й армии полковником Брежневым в годы войны и хотел "посоветоваться" с ним по поводу боевого использования АДД), в итоге книга "Дальняя бомбардировочная…" была опубликована лишь после смерти Александра Евгеньевича, последовавшей в 1975 году. Книга же вышла только в 2004-м.

До последних дней жизни он оставался убежденным сталинистом: в его мемуарах Сталин выглядит мудрым и обаятельным властителем, имеющим право рассчитывать на оправдательный приговор Истории. Весьма сочувственно Александр Евгеньевич описывал такой эпизод. Еще 5 или 6 декабря 1943 года, спустя несколько дней после успешного завершения Тегеранской конференции, Сталин сказал маршалу авиации Голованову: "Я знаю, …что, когда меня не будет, не один ушат грязи будет вылит на мою голову. …Но я уверен, что ветер истории всё это развеет…" Рассказывая о встречах с военачальниками, ставшими жертвами Большого террора, он ни разу не упомянул в мемуарах о трагической судьбе генералов Павлова, Рычагова, Проскурова, Смушкевича и маршала авиации Худякова. Поражает эстетическая завершенность его взаимоотношений со Сталиным. Есть предустановленная гармония в том, что вождь приблизил его к себе в разгар великих испытаний, а отдалил, когда они были позади, а Победа - не за горами. Сталинизм стал для Голованова тем самым винтом, на котором всё держалось, если вынуть этот винт, то всё рассыплется.

Александр Евгеньевич Голованов умер 22 сентября 1975 года. Похороны прошли 24 сентября. Похоронен в Москве на Новодевичьем кладбище.Взлёт и падение маршала авиации А. Е. ГоловановаВзлёт и падение маршала авиации А. Е. ГоловановаВзлёт и падение маршала авиации А. Е. ГоловановаЩит из серии "Имена Победы" с портретом главного маршала авиации Александра Голованова. На этом можно было бы и закончить рассказ о жизни Голованова, но я приведу еще один, весьма поразивший меня, факт, а потом процитирую немного текста из книги.

В партийной среде господствовал показной аскетизм. Вождь никому не позволял обращаться к себе по имени отчеству, а к своим собеседникам всегда адресовался по фамилии с прибавлением партийного слова "товарищ". И лишь два маршала могли похвастаться тем, что товарищ Сталин обращался к ним по имени и отчеству. Одним из них был бывший полковник Генерального штаба царской армии Маршал Советского Союза Борис Михайлович Шапошников, другим - именнно Голованов. По-отечески относящийся к маршалу Сталин не только звал его по имени, но даже хотел встречаться с ним в домашней обстановке, на что несколько раз настойчиво намекал. Однако Голованов каждый раз уходил от ответа на его предложения. Маршал резонно полагал, что ближний круг вождя оставляет желать лучшего. Да и супруга маршала Тамара Васильевна в те годы "была в самом расцвете красоты, и, конечно, он боялся потерять её" . По личному распоряжению вождя маршалу в 1943 году была предоставлена огромная, по советским меркам той поры, пятикомнатная квартира площадью в 163 кв. метра в знаменитом Доме на набережной. Из окон кабинета и спальни был виден Кремль. По коридорам дети катались на велосипедах. Ранее эта квартира принадлежала секретарю Сталина Поскрёбышеву. Жену Поскрёбышева посадили, и он поспешил переехать. Жена маршала, Тамара Васильевна, уже и без того сильно напуганная советской властью (ее отцом был купец 1-й гильдии, и дочь лишенца долгое время не имела ни паспорта, ни продуктовых карточек), учла печальный опыт предшествующей хозяйки и всю свою долгую жизнь вплоть до самой смерти, последовавшей в 1996 году, боялась говорить по телефону. Страхи Тамары Васильевны были порождены тем страшным временем, в которое ей пришлось жить. На прославленных полководцев постоянно писались политические доносы и бытовые кляузы. Не избежал этого и сталинский любимец.

Получив кляузу на маршала, Сталин не стал рубить сплеча, а нашёл время и охоту разобраться в сути необоснованных наветов на своего любимца. Даже пошутил: "Наконец-то и на вас к нам поступила жалоба. Как, по-вашему, что мы с ней должны делать?".

Жалоба исходила от прославленной лётчицы и кумира предвоенных лет, Героя Советского Союза и депутата Верховного Совета СССР полковника Валентины Степановны Гризодубовой, хотевшей, чтобы авиационный полк, которым она командовала, получил почётное звание гвардейского, а она сама - звание генерала. И тогда, используя своё личное знакомство с товарищем Сталиным и другими членами Политбюро, Гризодубова решила сыграть ва-банк. Нарушая все правила воинской субординации и служебной этики, действуя через голову командира дивизии, командира корпуса, не говоря уже о командующем Авиацией дальнего действия маршале Голованове, она обратилась к Верховному, - и её жалоба была передана лично Сталину. Заранее торжествующая Гризодубова прибыла в Москву - "она уже видела себя первой в стране женщиной в мундире генерала…"

В газетах много писали о самоотверженно выполняющих свой воинский долг женщинах. Председатель Антифашистского комитета советских женщин, обладающая яркой красотой и хорошо известная всей стране Валентина Гризодубова, во время войны лично совершившая около 200 боевых вылетов на бомбардировку вражеских объектов и для поддержки связи с партизанскими отрядами, идеально подходила для того, чтобы стать знаковой пропагандисткой фигурой - олицетворением патриотизма советских женщин. Гризодубова, вне всякого сомнения, была харизматической личностью и медийной фигурой сталинской эпохи. Нередко простые люди направляли свои обращения к власти по такому адресу: "Москва. Кремль. Сталину, Гризодубовой". Она много и охотно протягивала руку помощи тем, кто попал в беду, и в годы Большого террора к ней, как к последней надежде на спасение, обращались за содействием - и Гризодубова охотно помогала. Именно она спасла от гибели Сергея Павловича Королёва. Однако на сей раз жаловались не Гризодубовой, а жаловалась она сама. Отмахнуться от жалобы, подписанной прославленной летчицей, Сталин не мог. Маршал обвинялся в предвзятом отношении к пользующейся всесоюзной известностью лётчице: якобы и наградами обходит, и по службе затирает. Известный резон в ее словах был. Полковник Гризодубова воевала два года и совершила 132 ночных полета в тыл врага (летала всегда без парашюта), однако не получила ни одной награды. Ее гимнастёрка была украшена медалью "Золотая Звезда" Героя Советского Союза и орденами Ленина, Трудового Красного Знамени и Красной Звезды - все эти награды она получила до войны. В это же самое время грудь любого командира авиационного полка можно было сравнить с иконостасом: так часто и щедро их награждали. Итак, жалоба Гризодубовой была небеспочвенной.

Шла весна 1944 года. Война продолжалась. Дел у Верховного было невпроворот, но он посчитал необходимым лично сориентироваться в сущности этой непростой коллизии. Ближайшему сталинскому окружению было продемонстрировано, что и в годину военных бедствий мудрый вождь не забывает о людях, добросовестно исполняющих свой долг на фронте. Маршал Голованов был вызван для личных объяснений к Сталину, в кабинете которого уже сидели почти все члены Политбюро - в то время органа высшего политического руководства. Маршал понял, что Верховный, исходя из высших политических соображений, фактически уже принял положительное решение и о присвоении гвардейского звания авиационному полку, и о присвоении генеральского звания Гризодубовой. Но ни то ни другое было невозможно без официального представления, подписанного командующим Авиацией дальнего действия, которому оставалось лишь оформить необходимые документы. Маршал отказался это сделать, полагая, что полковник Гризодубова не заслуживает такой чести: она дважды самовольно покидала полк и уезжала в Москву, а в полку была низкая дисциплина и высокая аварийность. Действительно, ни один командир полка никогда бы не осмелился покинуть свою часть без разрешения непосредственного начальства.

Однако Гризодубова всегда была на особом положении: все знали, что своим назначением она обязана Сталину, "о чём говорила она недвусмысленно". Вот почему ее непосредственные начальники - и командир дивизии, и командир корпуса - предпочитали не связываться со знаменитой летчицей. Не рискуя отстранить её от должности, они сознательно обходили командира полка наградами, на которые Гризодубова имела несомненное право по результатам своей боевой работы. Не боясь сталинского гнева и рискуя лишиться своего поста, маршал Голованов не поддался ни настойчивым уговорам, ни неприкрытому давлению.
Если бы сталинский любимец поддался этому давлению, то и он фактически признал бы особый статус Гризодубовой. Подписать представление означало расписаться в том, что не только непосредственные начальники, но и он, командующий Авиацией дальнего действия, для неё не указ. На это маршал, гордившийся тем, что подчиняется лично товарищу Сталину и только ему одному, пойти не мог. Голованов сильно рисковал, но в его поступке просматривалась своя логика: он бесконечно верил в мудрость и справедливость вождя, и очень хорошо понимал, что подозрительный Хозяин нетерпим к тем, кто пытается его обмануть. Маршал, опираясь на факты, сумел обосновать вздорность претензий испорченной вниманием высших кругов Гризодубовой, доказав клеветнический характер ее жалобы, - и этим лишь укрепил доверие Сталина к себе. "Однако знал я и то, как реагирует Верховный на вымысел и клевету…" В итоге было принято решение, по которому полковник Гризодубова "за клевету в корыстных целях на своих непосредственных командиров" была отстранена от командования полком.

Маршал же укрепился в мысли, что только мудрый и справедливый Сталин всегда будет решать его судьбу. Вера в это предопределила все его дальнейшие поступки и, в конечном счете, способствовала закату его блистательной карьеры. Благополучный для маршала конец этой истории помешал ему трезво взглянуть в глаза истине: его казус был едва ли не единственным. Как часто в годы Большого террора невинно оклеветанные люди взывали не к закону, а к справедливости вождя, да так и не дожидались её. При этом маршал не дал себе труда соотнести благополучный исход своего дела с другой историей, действующим лицом которой ему довелось быть двумя годам ранее. В 1942 году он не побоялся спросить у Сталина, за что сидит авиаконструктор Туполев, объявленный "врагом народа".

"-Товарищ Сталин, за что сидит Туполев?..
Вопрос был неожиданным.
Воцарилось довольно длительное молчание. Сталин, видимо, размышлял.
- Говорят, что не то английский, не то американский шпион… - Тон ответа был необычен, не было в нем ни твердости, ни уверенности.
- Неужели вы этому верите, товарищ Сталин?! - вырвалось у меня.
- А ты веришь?! - переходя на "ты" и приблизившись ко мне вплотную, спросил он.
- Нет, не верю, - решительно ответил я.
- И я не верю! - вдруг ответил Сталин.
Такого ответа я не ожидал и стоял в глубочайшем изумлении"

Туполев вскоре был освобождён. Этот короткий диалог вождя и его любимца радикально изменил судьбу авиаконструктора. Для тех, кто не жил в ту эпоху, ситуация кажется абсолютно чудовищной и аморальной, выходящей за рамки добра и зла. В стране царил произвол, но тот, кто находился внутри этой системы, за редким исключением, предпочитал так не думать и остерегался делать обобщения. Маршал несколько раз добивался освобождения нужных ему специалистов. Сталин никогда не отказывал своему любимцу, хотя иногда и ворчал: "Вы опять о своём. Кто-то сажает, а Сталин должен выпускать".

Маршал удовлетворялся тем, что решал вопрос об освобождение конкретного человека, что в тех условиях было колоссально много, но гнал от себя мысли о порочности самой системы.

"Я видел Сталина и общался с ним не один день и не один год и должен сказать, что всё в его поведении было естественно. Иной раз я спорил с ним, доказывая своё, а спустя некоторое время, пусть через год, через два, убеждался: да, он тогда был прав, а не я. Сталин давал мне возможность самому убедиться в ошибочности своих заключений, и я бы сказал, что такой метод педагогики был весьма эффективен.

Как-то сгоряча я сказал ему:
- Что вы от меня хотите? Я простой лётчик.
- А я простой бакинский пропагандист, - ответил он. И добавил: - Это вы только со мной можете так разговаривать. Больше вы ни с кем так не поговорите.

…Весьма нередко он спрашивал также и о здоровье, и о семье: "Есть ли у вас всё, не нуждаетесь ли в чём, не нужно ли чем-либо помочь семье?” Строгий спрос по работе и одновременно забота о человеке были у него неразрывны, они сочетались в нём так естественно, как две части одного целого, и очень ценились всеми близко соприкасавшимися с ним людьми. После таких разговоров как-то забывались тяготы и невзгоды. Вы чувствовали, что с вами говорит не только вершитель судеб, но и просто человек…"

Опальный маршал даже убедил самого себя в том, что Сталин, отдалив его от себя, фактически спас от больших неприятностей: органы обязательно состряпали бы на него новое "дело" - и Голованов не отделался бы так легко. Вероятно, так оно и было на самом деле: вождь хорошо знал законы функционирования системы, которую сам создал.

"Сталин, общаясь с огромным количеством людей, по сути дела был одинок. Его личная жизнь была серой, бесцветной, и, видимо, это потому, что той личной жизни, которая существует в нашем понятии, у него не было. Всегда с людьми, всегда в работе".

В мемуарах Голованова нет ни слова лжи - там просто не вся правда. При этом Александр Евгеньевич не был догматиком: в 1968 году он осудил ввод войск в Чехословакию, постоянно слушал Би-би-си и "говорил о том, что нельзя подавлять демократические перемены в социалистических странах".

Система отторгла выдающегося человека. Архитектором этой системы был Сталин. Но лишь однажды Голованов-мемуарист поведал читателям о своих сомнениях в оправданности Большого террора: "…Сметая с нашего пути всё мешающее и сопротивляющееся, Сталин не замечает, как при этом страдает много и таких людей, в верности которых нельзя было сомневаться. Это рождало во мне боль и досаду: примеры были хорошо известны… Но, по моему разумению, нити таких бед тянулись к Сталину. Как же, думалось мне, он допускает такое?" Однако было бы тщетно искать в книге ответ на этот риторический вопрос.

https://topwar.ru/24821-vzlet-i-padenie-marshala-aviacii-a-e...

https://hodor.lol/post/52332/


Опубликовано 08.08.2018 в 21:03
Статистика 1
Показы: 1 Охват: 0 Прочтений: 0

Комментарии

Показать предыдущие комментарии (показано %s из %s)
Виталий Кирпиченко
Виталий Кирпиченко 9 августа, в 08:45 Голованов — слепок качеств дореволюционной высоконравственной поры, советского стремительного демократического периода, опасной и героической эпохи защиты отечества. Здесь формировались и проявлялись его качества и Человека, и руководителя.  Но против зависти и интриг он был слаб. Его невыдуманная Слава застилала глаза многим, поднаторевшим в интригах людишкам, желающим видеть себя первыми и главными. Марщал Голованов — образец человека! Текст скрыт развернуть
4
Валерий Костин
Валерий Костин Виталий Кирпиченко 9 августа, в 11:33 Солидарен. С уважением.
Текст скрыт развернуть
1
Shavkat Kuvatov
Shavkat Kuvatov 9 августа, в 09:43 В заметке не просматривается причина, из-за которой маршал, взлетевший на заоблачные высоты, внезапно стал никем. Даже ещё при жизни Вождя, который ему благоволил. Текст скрыт развернуть
0
Светлана Митленко
Светлана Митленко Shavkat Kuvatov 9 августа, в 21:55 Причина была одна!
Послевоенный закат карьеры Голованова идеально вписывается в логику  действий по отношению к творцам Победы. Мало кому из них удалось избежать сталинского гнева и послевоенных гонений.
Маршал Советского Союза Жуков попал в опалу.
Маршал Советского Союза Рокоссовский был вынужден снять советскую военную форму и отправился служить в Польшу.
Адмирал флота Кузнецов был снят с поста главкома ВМФ и понижен в звании до контр-адмирала.
Главный маршал авиации Новиков был осуждён и посажен в тюрьму.
Маршал авиации Худяков был арестован и расстрелян.
Маршал бронетанковых войск Рыбалко, посмевший публично на заседании Высшего Военного Совета усомниться в целесообразности и законности как ареста Новикова, так и опалы Жукова, при загадочных обстоятельствах скончался в Кремлевской больнице. (Маршал называл свою больничную палату тюрьмой и мечтал о том, чтобы выбраться на волю.)
Главный маршал артиллерии Воронов был снят с поста командующего артиллерией Вооруженных Сил и только чудом избежал ареста.
Маршал артиллерии Яковлев и маршал авиации Ворожейкин были арестованы и вышли из тюрьмы только после смерти Сталина.
И так далее, и тому подобное…
Чего другого надо описать?
Текст скрыт развернуть
0
Shavkat Kuvatov
Shavkat Kuvatov Светлана Митленко 9 августа, в 22:12 Что такое сталинский гнев и послевоенные гонения? Не говоря о Голованове (ему повезло, что после войны он учился в Академии и все грозы прошли над головой), следует заметить, что в нашей авиации (не я придумал, так писалось в разных источниках) был сплошной раздрай и беспорядки, за что поплатились перечисленные Вами действовавшие авиавожди. Т.н. творцы Победы (творец Победы всегда был народ) вовсю хвастались своими подвигами, вели себя совершенно нескромно. Позволяли себе посмеиваться над руководством страны. Так что, как Вы пишете, причины были, и не  одна. Текст скрыт развернуть
1
Светлана Митленко
Светлана Митленко Shavkat Kuvatov 9 августа, в 22:25 Творец Победы, конечно, народ! Но он всегда направляется личностью, это исторический факт! Поэтому я имела в виду именно верхушку армии!
И вы о каком "раздрае" говорите в авиации и за какой именно период?
Ну и причины всегда можно найти!
У меня папа говорил гениальную фразу в таких случаях: "Была бы палка, а перегибщики найдутся!"
Кстати, я сколько не рыла материал так и не нашла конкретных причин из-за которых он попал в опалу! Тут может быть замешана и тривиальная зависть! Сталин все-таки к нему прислушивался и это многим не нравилось. Не нравилось и то, что он докладывал Сталину минуя всех, напрямую!
Текст скрыт развернуть
0
Евгений Титаев
Евгений Титаев 9 августа, в 14:33 Личность с Большой буквы. Текст скрыт развернуть
1
Владимир Акулов
Владимир Акулов 10 августа, в 00:29 Москва  -  Третий  Рим...  После  Византии...
  Посмотрите  историю  и  годы  жизни  Римских  императоров...  В  среднем  ,  императоры  правили  в  Риме  не  более  2  -х  лет...
  Императоров  убивала  собственная  Преторианская  гвардия...  Постоянные  заговоры  и  покушения...
  Сталин  много  читал  ,  хорошо  знал  историю...
  Поэтому  Сталин  опасался  слишком  сильных  военачальников...Вовремя  умел  их  отдалить...
  Поэтому  на  Сталина  и  не  было  покушений...  Почти...
Текст скрыт развернуть
1
Светлана Митленко
Светлана Митленко Владимир Акулов 10 августа, в 00:51 Спасибо, вполне вероятно так и происходило!
Текст скрыт развернуть
0
Показать новые комментарии
Показаны все комментарии: 9

Последние комментарии

sergey Гончаров
Светлана Митленко
Светлана Митленко
Борис Розенблит
Жанна Чёшева (Баранова)
Жанна Чёшева (Баранова)
Илья Кижнер
Илья Кижнер
Жанна Чёшева (Баранова)
Илья Кижнер
Илья Кижнер
sergey Гончаров
Алла Короткова
Сталинист СССР
Сталинист СССР
Сталинист СССР
давай факты, мы почитаем и оценим
Сталинист СССР Сталин уничтожил 40 тысяч командиров РККА. «Закон о пяти колосках»
Aleksandr Gushchin
Лохматый обнаглел дальше некуда!
Aleksandr Gushchin Ас Гитлера – любимец Венедиктова
Светлана Митленко
Какой еще тут молоденький))))
Светлана Митленко Прогулка по улицам Москвы 1991 года
Жанна Чёшева (Баранова)
Солдат и участницы конкурса красоты. Август 1991 года.
Жанна Чёшева (Баранова) Прогулка по улицам Москвы 1991 года
Жанна Чёшева (Баранова)
Предвыборный плакат Владимира Жириновского. 1991 год
Жанна Чёшева (Баранова) Прогулка по улицам Москвы 1991 года
Жанна Чёшева (Баранова)
Уличная торговля в Москве, 1991 год
Жанна Чёшева (Баранова) Прогулка по улицам Москвы 1991 года
Александр Липенко
Жанна Чёшева (Баранова)
Жанна Чёшева (Баранова)
Жанна Чёшева (Баранова)
Протест против гуманитарной помощи, Москва, 1991 год.
Жанна Чёшева (Баранова) Прогулка по улицам Москвы 1991 года
Жанна Чёшева (Баранова)
Очередь в первый ресторан McDonald's в Москве. 1991г.
Жанна Чёшева (Баранова) Прогулка по улицам Москвы 1991 года
Shavkat Kuvatov
Александр Липенко
Вера Шаповалова (Котова)
Вера Шаповалова (Котова)
Наталья Иванова
Валентин Голиков
александр толкачёв
Людмила Редько
Евгений Лобков
Евгений Титаев
Shavkat Kuvatov
Евгений Титаев
Театру нужны новые актёры. А с этим, похоже - туго.
Евгений Титаев Украина на российских телевизионных ток-шоу
Татьяна Васильева
А вы, видимо были с ним знакомы.
Татьяна Васильева Это печально, но они же не люди
Анатолий Левитов
Владимир Петров
Жанна Чёшева (Баранова)
Александр Липенко
Евгений Титаев
Александр Липенко
Александр Липенко
Жанна Чёшева (Баранова)
Сергей, что у Вас опять не так?
Жанна Чёшева (Баранова) Россия без советской власти
Виталий Кирпиченко
владимир рябченко
Сергей Плугарев